Пятая колонка Ольги Бакушинской - Мой чешский дед

Понимая, что у моего дневника довольно много читателей в разных странах, я решила вам кое-что рассказать из собственной семейной истории. Рассказать практически так, как люди обращаются в передачу "Жди меня". Вдруг кто-то, что-то, как-то слышал. И вдруг - о, чудо - я найду своих двоюродных братьев и сестер...

Если бы в двадцатом веке наследование фамилии в нашей семье шло бы обычным способом, по отцовской линии, я была не Бакушинская, а - Прохаска. Именно такую фамилию носил мой дед по отцу. Но прежде, чем я расскажу вам то скудное, что о нем знаю, все-таки немного о Бакушинских.

Мой прадед Анатолий Васильевич Бакушинский - известный искусствовед. Заметная фигура в жизни художественной Москвы 10-30-х годов. Друг Пунина и Юона, профессор Московского Университета.
Он родился в городе Шуя Ивановской области в семье православного священника. Откуда такая странная фамилия на среднерусской равнине?

Мой прадед интересовался историей семьи и кое-что раскопал. Мне нет причины ему не верить, а он считал, что Бакушинские - потомки одного из тех поляков, которые пришли в Россию с лже-Дмитрием, осели и обрусели. А потом соседи видоизменили произношение польской фамилии Богушевский. Нечто похожее я потом прочла у Акунина. Наемник фон Дорн, грубый вояка, приехал в Россию ненадолго, а остался навсегда... Его потомки стали Фандориными. :)
Я не уверена, что нашла бы общий язык со своим пра- из 17 века, но, безусловно, кое-что общее у нас есть. Для нас не пустой звук - In nomine Patris, et Filii, et Spiritus Sancti. :)

Так вот, Анатолий Васильевич Бакушинский после окончания гимназии уехал учиться в Дерптский университет, а потом в Москву. Он был патриотом России не в понимании современного возбужденного быдла, а настоящим патриотом - знатоком и исследователем русского искусства, иконописи, народных промыслов. Его труды про Палех и Мстеру до сих пор считаются непревзойденными. А в Третьяковской галерее он организовал и возглавил отдел графики.

К семнадцатому году у него, как у профессора университета, была достойная восьмикомнатная квартира на Арбате. Потом семье оставили две смежные комнаты, и это было еще очень даже неплохо. Я эту квартиру смутно помню, помню потолки с чудесной лепниной. В начале семидесятых дом сломали, чтобы на этом месте построить так называемые "цэковские" дома, Бакушинских отправили в Орехово-Борисово. Опять-таки ничего, отцу даже нравится - рядом Царицынский парк.

Моя бабушка, Ольга Анатольевна Бакушинская(мы полные тезки), мечтала о карьере балерины. У нее были для этого основания, но отец с матерью категорически не разрешили "баловства". Поэтому она закончила биофак и всю жизнь проработала микробиологом, специалистом по грибам. По иронии судьбы у меня дикая, невероятная аллергия на грибковые.

Я так понимаю, что мы с бабушкой похожи не только именами, но и характерами. Я, конечно, более буйная, но и она, по тем временам, не отличалась покладистостью. И не боялась пойти против течения. В середине тридцатых она влюбилась в коллегу, тоже биолога, Бориса Прохаску. У него была семья, если я не ошибаюсь, два сына и отягощенное происхождение.
Мало того, что чех, так еще и у семьи до революции была фабрика на Урале.

В 1937 году его арестовали и быстренько дали "10 лет без права переписки". Для молодежи сообщаю на всякий случай - это такой сталинский эвфемизм расстрела.

Моя бабушка была в это время беременна моим отцом. Она родила, записала мальчика на свою фамилию, и до середины 50-х годов проглотила язык. Только ее отец знал, кто отец ребенка, а больше ни одна живая душа, включая самого ребенка.

В 39 году не стало моего прадеда. Вокруг арестовывали близких и дальних знакомых, ученых и художников. Каждую ночь он ждал и прислушивался - когда придут. И сердце это не старого, в общем-то, человека не выдержало. Умер от обширного инфаркта. Моя бабушка сама поднимала сына -теперь он довольно известный в узких кругах математик.

Конечно, после смерти Сталина бабушка рассказала отцу о его происхождении, но даже после перестройки мы не имеем возможности посмотреть в ГеБе дело моего деда - официально мы ему не родственники.

Но где-то на свете есть официальные дети и внуки моего деда, мои дядья и двоюродные братья и сестры. Надеюсь, что они не сгинули в лагерях для семей "врагов народа". Но найти их не просто сложно, а почти невозможно. Прохаска - это все равно как Иванов. Много их...